- Нет.

- Оставь его в покое, - сказала она. - Мы же не из полиции.

Показалось море, далеко впереди, немного внизу, за виноградниками и сосновой рощицей, занимавшими довольно большое пространство.

- Ты опять проехала слишком далеко, - сказал он. - Надо было взять левее.

Она развернулась и едва не столкнулась с машиной, ехавшей навстречу.

- Вам не страшно? - спросил он меня. - Ингрид очень плохо водит. Через несколько дней, когда моя нога будет получше, я смогу сесть за руль.

Мы свернули на дорогу, в начале которой был указатель: "ТАИТИ МООРЕА".

- У вас права при себе? - спросила она меня.

- Да.

- Тогда вы можете вести машину вместо меня. Так будет разумнее.

Она остановилась у перекрестка, и я уже был готов сменить ее за рулем, но она сказала:

- Нет-нет... Не сейчас... Попозже...

- Теперь налево, - сказал он и показал ей еще одну табличку "ТАИТИ МООРЕА".

Теперь мы ехали по дороге, обсаженной розовыми кустами, вдоль каменной ограды, в которой оказалась темно-синяя дверь. Здесь машина остановилась.

- Я предпочитаю вернуться по пляжу, - сказал он.

Мы поехали дальше, пока не очутились на пустыре перед рестораном "Моореа", где была устроена автостоянка. Поставив машину, мы прошли по пустой террасе ресторана и оказались на пляже.

- Так немного дальше, - сказал он. - Зато можно прогуляться пешком...

Она сняла сандалии и взяла его под руку. Он подволакивал ногу, но не так заметно, как раньше.

- На пляже еще никого нет, - сказала она. - Это самые любимые мои часы.

От пляжа участок был отделен решетчатой оградой с дырами. Через одну из них мы и проскользнули. Пятьюдесятью метрами дальше возвышалось бунгало, напомнившее мне мотели на американских автотрассах. Домик стоял в тени небольшой сосновой рощи.

- Главная вилла - там, подальше, - сказал он мне.

Сквозь сосны я разглядел большое белое одноэтажное здание в мавританском или в испанском стиле, перед ним - бассейн, выложенный голубой плиткой. В нем кто-то купался.